Заманчивое чтение

Тайна 17-й страницы: почему библиотечный штамп всегда стоит именно здесь?

Вы когда-нибудь замечали, что во всех библиотечных книгах стоит штамп не только на титульном листе, но и на одной и той же странице — 17-й? Нет, это не случайность и не прихоть библиотекарей. За этим стоит вековая традиция с очень практичным объяснением.

— Всё дело в технологии печати
Раньше книги печатали не целиком, а отдельными тетрадками — сброшюрованными блоками страниц. Каждая такая тетрадка содержала ровно 16 страниц. Этот стандарт был введён давно, и типографиям было проще всего работать именно с ним.

17-я страница — это первая страница второго блока. Именно с неё начиналась следующая тетрадка. И штамп ставили именно здесь.

— Почему именно 17-я, а не 1-я?
Всё просто: первый блок страниц (первые 16 страниц) больше всего подвержен повреждениям. Его могли вырвать, он мог отклеиться или просто истрепаться от времени.

В советских изданиях в начале часто шло предисловие, а то и не одно, порой весьма приличного объёма. Потеря первого блока из 16 страниц для книги была не критична — текст романа начинался позже.

А вот если бы штамп стоял на титульном листе или в начале книги, он бы пропал вместе с утерянными страницами. И тогда было бы невозможно понять, какой библиотеке принадлежит книга.

— Штамп как страховка
Библиотечный штамп на 17-й странице — это своего рода страховка. Если первый блок с титульным листом, где указаны автор, название и штамп, терялся, книгу всё равно можно было идентифицировать именно по штампу на 17-й странице.

Иногда штамп ставили и на 33-й странице — в начале третьего блока, для надёжности.

— А как сейчас?
Сегодня строгих правил уже нет. Современные стандарты допускают размещение штампа на титульном развороте, первых страницах или даже в конце книги. Однако многие библиотеки продолжают придерживаться старой доброй традиции.

Как отличить настоящую книгу от подделки и почему это важно

Друзья, у нас серьёзный разговор. Всё чаще новосибирцы заказывают книги на маркетплейсах и получают… подделку. Иногда это видно только при детальном рассмотрении, а иногда — только после прочтения, когда понимаешь, что перевод сделан нейросетью, а текст просто нечитаем.

Что происходит?

Пиратские копии книг заполонили маркетплейсы. Продавцы не платят налоги, не покупают права у авторов и издательств, не тратятся на нормальных переводчиков. При этом цена на «пиратку» часто такая же, как на легальную книгу, а иногда и выше.

 

Как распознать нелегальную книгу?

Вот несколько признаков, на которые стоит обратить внимание при заказе:

— Нет ISBN — обязательного международного кода книги. Если его нет — товар вне легального поля.
— Нет издательства на обложке или в карточке товара.
— Не указан переводчик — скорее всего, текст переведён нейросетью.
— Название издательства не совпадает с тем, что указано в карточке (бывает, что пираты копируют ISBN с легального издания).

Почему это плохо для всех?

— Для читателей: Вы платите деньги за книгу, а получаете плохой перевод, опечатки, иногда даже обрезанный текст. Никто не проверил эту книгу редакторами и корректорами.
— Для авторов и издательств: Они не получают денег за свой труд. Легальные издательства терпят убытки, а авторы — теряют доход.
— Для рынка: Если пиратство продолжит расти, издательства будут издавать меньше качественных книг, особенно зарубежных авторов — потому что это становится невыгодно.

Самое грустное

В соцсетях появился тренд: люди хвастаются покупкой пиратских книг и называют это «самиздатом». Но это не самиздат. Самиздат — когда автор сам публикует свои тексты и получает за это деньги. А здесь — авторы не имеют к этому никакого отношения, и денег не видят. Это просто пиратство, и называть его «самиздатом» — ошибка.

Что делать?

Поддерживайте легальные издательства и книжные магазины. Покупайте книги, на которых есть ISBN, указано издательство и переводчик. Если сомневаетесь — зайдите в книжный магазин или спросите у библиотекаря.

И конечно, напоминаем: у нас в библиотеке книги — легальные, бесплатные и проверенные. Приходите, берите, читайте. Без риска получить перевод от нейросети.

 

Из «Мурзилки» — в бессмертие. Как главный детский журнал страны пережил всё и даже попал в кино.

Наверное, каждый из нас в детстве хоть раз держал в руках журнал «Мурзилка». А вы знали, что в 1960-х его главным редактором был Анатолий Митяев — тот самый, кто прошёл войну, написал «Книгу будущих командиров» и создал сценарий душераздирающего мультфильма «Пингвины»? При нём журнал пережил настоящий расцвет: на его страницах печатались Агния Барто, Николай Носов, Сергей Михалков, Борис Заходер. Он приглашал молодых авторов и, по отзывам коллег, «обладал чутьём на потенциальные, неразбуженные таланты».

И мы задались вопросом: а что вообще с этим журналом сейчас? Он жив? Где он? Кто его помнит? Отвечаем.

«Мурзилка» выходит с 16 мая 1924 года. Сто лет. И всё это время выпуск не прерывался ни разу. Даже в войну. Даже в лихие 90-е. Журнал пережил революции, перестройку, смену эпох — и продолжает выходить. В 2012 году его занесли в Книгу рекордов Гиннесса как детский журнал с самым длительным сроком издания в мире.

Сейчас «Мурзилку» выпускает редакция из 9–12 человек. Да-да, десяток энтузиастов, которые сохраняют традиции и собирают на страницах лучшие образцы современной детской литературы. В журнале по-прежнему печатают сказки, рассказы, стихи — и классиков, и современных авторов: Андрея Усачёва, Марину Москвину, Станислава Востокова. А ещё там есть комиксы, игры, викторины, рубрики «Сделай сам» и «Настольная игра». Архив «Мурзилки» с 1924 по 2015 год доступен онлайн — любой желающий может полистать выпуски, которые читали наши бабушки и дедушки.

След в культуре: от мультфильмов до «Сказки о потерянном времени»

«Мурзилка» оставил такой след в культуре, что его упоминали даже там, где вы не ждёте. Например, в мультфильме «Трое из Простоквашино». А ещё — в «Денискиных рассказах» Виктора Драгунского, где герои получают годовую подписку на журнал.

Но есть один эпизод, который особенно дорог тем, кто помнит советское кино. «Сказка о потерянном времени» Евгения Шварца — знаменитый фильм о том, как школьники превратились в стариков, а злые волшебники стали детьми. Мало кто знает, что эта сказка впервые была опубликована именно в журнале «Мурзилка» в 1945 году. Да, та самая история, по которой сняли фильм и мультфильм, начиналась на страницах «Мурзилки». В журнальном варианте даже был персонаж, которого потом убрали из окончательной версии — профессор с сачком для бабочек.

Так что журнал, который когда-то возглавлял Анатолий Митяев, не просто жив. Он — часть нашей культуры. Он — в книгах, в мультфильмах, в кино. И в памяти нескольких поколений.

22 июля — День приближенного числа Пи. А вы знали, что есть книга и фильм, которые идеально подходят к этому дню?

22 июля отмечается День приближенного числа Пи. Дата выбрана не случайно: в европейском формате этот день записывается как 22/7, а значение этой дроби (22 ÷ 7 = 3,142857…) является одним из самых известных приближений числа π ≈ 3,14159.

И в этот день, когда все говорят о математике и бесконечности, невозможно не вспомнить книгу с очень говорящим названием — «Жизнь Пи».

 

 

О чём книга «Жизнь Пи»?

Роман канадского писателя Янна Мартела вышел в 2001 году, а в 2002-м получил Букеровскую премию.

Главный герой — индийский юноша Пи Патель, сын владельца зоопарка. Когда семья решает переехать в Канаду и грузовое судно терпит кораблекрушение, Пи оказывается в спасательной шлюпке посреди Тихого океана. И он там не один. Вместе с ним выживает… бенгальский тигр по кличке Ричард Паркер.

История о том, как 227 дней юноша и хищник сосуществуют в одной лодке — это не просто приключенческий роман. Это глубокая философская притча о вере, выживании и силе человеческого духа.

Фильм, который собрал 11 номинаций на «Оскар»

В 2012 году режиссёр Энг Ли снял экранизацию. Фильм вышел в 3D и поразил зрителей визуальной красотой. Картина была номинирована на 11 премий «Оскар» и собрала множество других наград.

Это тот редкий случай, когда и книга, и фильм дополняют друг друга.

Почему «Жизнь Пи» — идеальное чтение на День приближенного числа Пи?

Название книги напрямую связано с именем главного героя. Его полное имя — Писин Молитор Патель (Piscine Molitor Patel). Отец назвал его в честь знаменитого парижского плавательного бассейна «Писин Молитор» (Piscine Molitor).

Однако в школе с этим именем возникли проблемы. На английском языке «Piscine» звучит почти как «pissing», что означает «писать» (в смысле «мочиться»). Одноклассники, конечно, не упустили возможности дразнить бедного мальчика.

Чтобы положить конец этим насмешкам, он сам решил сократить своё имя до первой буквы — «Пи». И в честь знаменитой математической константы он стал записывать своё имя как π — 3,14.

Так он не только избавился от обидных прозвищ, но и навсегда связал свою судьбу с бесконечным числом. Как и само число π, его история оказывается бесконечной и полной загадок.

Кстати, книгу можно найти в нашей библиотечной сети!

Если вы ещё не читали «Жизнь Пи» или хотите перечитать — приходите к нам. Проверьте наличие по каталогу или спросите у библиотекаря. Уверены, она вас не оставит равнодушным.

22 июля — отличный повод вспомнить эту книгу. Или посмотреть фильм. Или хотя бы задуматься о том, как мы рассказываем свои собственные истории и во что мы верим.

Осторожно: графоманы, затаите дыхание!

Каждый из нас хоть раз чувствовал, что внутри сидит великий писатель. Хочется сотворить эпопею в духе «Войны и мира», набросать пару глав триллера или хотя бы выдавить из себя пронзительный рассказ.

Победить в себе это желание бывает трудно. В голове уже рождаются эпичные сюжеты, а руки сами тянутся к клавиатуре. Однако история знает героев, которые пошли другим путём. Вместо многостраничных томов они создали произведения, где слова на вес золота. Буквально — каждое.

Познакомьтесь с асами литературного минимализма.

Фредерик Браун: два предложения, которые заставят вздрогнуть

Начнём с самого известного короткого хоррора, который вы наверняка слышали:

«Последний человек на Земле сидел в комнате в полном одиночестве. Раздался стук в дверь…»

Этот рассказ — самый короткий в своём жанре. Его автором стал американский писатель-фантаст Фредерик Браун (1906–1972). Всего два предложения, а мороз по коже — и вопросов больше, чем ответов. Кто там? Зачем? Что теперь будет? Никаких объяснений, только атмосфера иррационального ужаса. Блестяще, не правда ли?

Хемингуэй: пари на десять долларов и шесть слов

Дальше — легенда, за которой стоит спор. Говорят, однажды Эрнест Хемингуэй поспорил с коллегами, что напишет самый короткий рассказ, способный растрогать до слёз. И якобы выиграл пари, нацарапав на салфетке шесть слов:

«Продаются детские ботиночки. Неношеные» (For sale: baby shoes, never worn).

Всего шесть слов, а за ними — целая трагедия. Завязка, кульминация и развязка уместились в одно предложение.

Однако, если копнуть глубже, оказывается, что не всё так однозначно. Некоторые исследователи полагают, что эта история могла появиться раньше и в другом контексте. Но даже если это литературная байка, она идеально иллюстрирует, каким мощным может быть минимализм.

Монтерросо: один сюрреалистичный шедевр

А вот ещё один претендент на звание самого короткого рассказа в мировой литературе. Гватемальский писатель Аугусто Монтерросо в своей книге 1959 года «Полное собрание сочинений (и другие рассказы)» написал следующее:

«Когда он проснулся, динозавр всё ещё был там» (Cuando despertó, el dinosaurio todavía estaba allí).

Одно предложение. Семь слов. А сколько в нём скрыто смыслов! Ужас, безысходность, невозможность изменить прошлое. Этот рассказ Монтерросо сам по себе стал легендой.

О. Генри: победитель конкурса лаконичности

В начале XX века в США проводился конкурс на самый короткий рассказ, который, тем не менее, содержал все элементы драматургии: завязку, кульминацию и развязку. И победил его сам О. Генри со следующим шедевром:

«Шофёр закурил и нагнулся над бензобаком посмотреть, много ли осталось бензина. Покойнику было двадцать три года».

Два предложения — и перед нами разворачивается трагическая история, полная недосказанности. Что случилось? Почему водитель погиб? Ответа нет, но мы уже всё поняли.

Брайан Ньюэлл: вопрос, который остаётся без ответа

Добавим в нашу коллекцию ещё одного мастера краткости. Брайан Ньюэлл написал рассказ под названием «Чего хочет дьявол»:

«Два мальчика стояли и смотрели, как сатана медленно уходит прочь. Блеск его гипнотических глаз всё ещё туманил их головы. — Слушай, чего он от тебя хотел?»

Три предложения. Один вопрос, который пугает больше любого ответа. Какой договор мог заключить ребёнок с дьяволом? И что он отдал взамен? Читатель остаётся один на один со своими догадками.

Английский конкурс: королева, Бог и немного интима

Англичане, как известно, тоже любят порядок во всём, даже в литературных конкурсах. Они проводили состязание на самый короткий рассказ с весьма специфическими условиями: в нём нужно было упомянуть королеву, Бога, секс и тайну.

Победитель справился блестяще. Он уместил всё в одну фразу, которая, по некоторым данным, принадлежит студенту:

«О, Боже, — воскликнула королева, — я беременна и не знаю от кого!»

Кратко, дерзко и с соблюдением всех условий. Идеальный пример того, как ограничения рождают креативность.

Вывод простой: иногда, чтобы сказать много, нужно использовать мало слов. Эти шедевры доказывают, что талант не измеряется объёмом. Главное — найти те самые слова, которые попадут прямо в цель.

Человек, который сделал книгу тиражом, а не уникальным артефактом

Вы когда-нибудь задумывались, как появилась книга, которую можно было не переписывать вручную, а просто напечатать? История книгопечатания — это история гениального одиночества, огромных долгов и одной книги, которая изменила мир.

Всё, что мы знаем о Гутенберге, начинается с грустной шутки.

«На свете доли не было печальнее писца: не видя света белого, писал он без конца…»

Эти строки — не просто забавный стишок, а точная иллюстрация того, как жили книги до XV века. Каждый экземпляр переписывали от руки. Монахи корпели над страницами годами. Ошибка — и всё заново. Медленно, дорого, мучительно. Иметь книгу могли позволить себе единицы.

Но всё изменил один человек. И это был не король, не философ и не святой. Это был ювелир и предприниматель с удивительно плохой финансовой дисциплиной. Его звали Иоганн Гутенберг.

Человек, придумавший книгу заново

Гутенберг родился около 1400 года в Майнце. Вокруг его жизни и изобретений до сих пор ходит немало легенд, но факты говорят сами за себя. Он не просто изобрёл печатный станок. Он создал целостную систему: металлические литеры, которые можно было использовать снова и снова, типографские чернила и сам печатный пресс. Идея подвижных литер существовала и до него — в Китае и Корее. Но именно Гутенберг соединил всё в работающую систему и, что важнее, запустил её в производство.

Библия, которая всё изменила

Его главное детище — 42-строчная Библия, названная так потому, что на каждой странице помещалось ровно 42 строки. Он печатал её около двух лет, с 1452 по 1455 год. Всего было выпущено около 180 экземпляров. Чтобы напечатать их, Гутенбергу пришлось отлить больше 100 000 отдельных букв. Часть тиража напечатали на бумаге, часть — на дорогом пергаменте из телячьей, овечьей или свиной кожи. Настоящий «премиум-класс» XV века.

Гениальный должник

Создание типографии стоило огромных денег. В 1448 году Гутенберг взял в долг 150 гульденов, а в 1450-м — ещё 800 у богатого купца Иоганна Фуста. В итоге он не смог расплатиться. В 1455 году Фуст через суд отсудил у него и станок, и готовые Библии. Гутенберг умер в 1468 году в бедности. Но его изобретение уже запустило революцию, которую невозможно было остановить.

И теперь уже не писцы корпели над книгами годами. Книги печатали сотнями и тысячами. И читатели — те, кто раньше даже не мечтал о книге, — наконец получили к ней доступ.

Интересный факт в подарок

Первой печатной книгой Гутенберга была не Библия! Он тренировался на малых формах: печатал календари, учебники латинской грамматики и папские индульгенции. Можно сказать, что он набивал руку на «брошюрах», чтобы потом создать свой шедевр.

А песня про бедного писца? Она теперь звучит скорее как шутка. Потому что Гутенберг — это тот самый человек, который сделал так, что печальнее доля переписчика ушла в прошлое.

Волшебный порошок, запретный смех и… аисты? Сказка, которая не стареет.

Бывает, возвращаешься в детство, а там — Багдад, калиф, его верный визирь, странный торговец с чёрным порошком и строгое предупреждение: «Не смейтесь во время превращения!» Ну кто ж удержится, когда вокруг столько смешного? Вот так калиф и его визирь и стали… аистами.

Знакомьтесь: «Сказка о Калифе-аисте» Вильгельма Гауфа — история о том, как не стоит нарушать инструкции, даже если они написаны мелким шрифтом

Немецкий писатель Вильгельм Гауф написал её ещё в 1825 году, но она до сих пор остаётся одной из самых любимых сказок в мире. А всё потому, что Гауф был убеждён: никто не должен страдать вечно, право на милосердие имеют все — даже злодеи. И его сказки — это не просто волшебство, а ещё и добрый, тёплый юмор, который понимают и дети, и взрослые.

А теперь — аудиоверсия, которая превращает сказку в настоящий спектакль

На ЛитРес вышла замечательная аудиосказка «Сказка о Калифе-аисте». Всего 54 минуты — и вы с головой погружаетесь в мир восточных дворцов, летающих птиц и магии, которая поджидает за каждым углом. Идеально для дороги, вечернего чаепития или просто чтобы отвлечься от суеты.

Что говорят те, кто уже послушал?

«Очень понравилась аудио сказка «Калиф аист». Интересно читает с интонацией и хорошей дикцией. После прослушивания сказки ходили на спектакль в театр»

«Ребёнок слушает с огромным удовольствием, очень просил оставить отзыв — с благодарностью автору»

«Тембр и слог чтеца придаёт сказкам реальное волшебство»

А вы помните странный и фантасмагорический советский мультфильм?

Тем, кто постарше, этот сюжет наверняка знаком не только по книге. В 1981 году на студии «Союзмультфильм» режиссёр Валерий Угаров снял рисованный мультфильм «Халиф-аист». И это было нечто! Главного героя озвучил сам Иннокентий Смоктуновский, а зловещую атмосферу создавали художники Владимир и Галина Зуйковы. Кстати, многие до сих пор считают этот мультфильм одним из самых жутких и загадочных в советской анимации. Эти кадры застревают в памяти надолго.

Где слушать?

litres.com/audiobook/…

А если вы ещё не подключены к ЛитРес: Библиотека, напоминаем: у нас в библиотеке им. Шевченко есть доступ к этому сервису. Приходите, мы поможем — и сказка уже в вашем телефоне. Бесплатно, легально и с тем самым волшебством, которое не исчезает даже спустя 200 лет

Слушайте, вспоминайте и не смейтесь во время превращения.

Почему книги на полках стоят именно так?

Задумывались ли вы когда-нибудь, заходя в библиотеку, почему книги на полках стоят именно в таком, а не в другом порядке? А мы вот задумались! И знаете, что выяснили? За этим, казалось бы, простым порядком стоит целая армия гениев, которые бились над вопросом: «Как же нам все это богатство организовать, чтобы никто не сошел с ума?»

Давайте разберемся, кто эти великие умы и как они превратили книжный хаос в стройную систему.

 

 

Как всё начиналось: древние греки

История началась еще в глубокой древности. Первым, кто попытался навести порядок в знаменитой Александрийской библиотеке, был ученый Каллимах еще в III веке до нашей эры! Представляете, он уже тогда составил каталог (Pinakes) — первый известный систематизированный список книг, разбив их по темам. Тогда уже поняли, что просто сваливать папирусы в кучу — не вариант.

Гений Дьюи: десятичный прорыв

Прошли века, и в конце XIX века на сцену выходит настоящий рок-звезда библиотечного мира — Мелвил Дьюи. В возрасте 21 года, будучи еще студентом, он разработал свою знаменитую Десятичную классификацию. Представьте, в 1876 году он опубликовал ее в книге «Классификация и предметный указатель для каталогизации и расположения книг и брошюр в библиотеке». До этого в американских библиотеках, по сути, не было единых принципов расстановки книг.

Идея Дьюи была гениальной в своей простоте: разделить все знания на 10 главных классов, а каждый класс — еще на десять разделов, и так далее. Именно поэтому мы можем идти по полкам и знать, что книги по истории будут стоять в одном месте, а по кулинарии — в другом. Кстати, на основе его системы позже возникла и Универсальная десятичная классификация (УДК), которую используют во многих библиотеках мира.

Вклад Каттера: буквы и цифры

Но был и другой герой! В 1882 году американский библиотекарь Чарльз Эми Каттер разработал свою библиотечно-библиографическую классификацию. Он придумал систему буквенно-цифровых кодов, которую до сих пор используют для расстановки книг на полках и в каталогах. Частью его классификации стала система авторских знаков, которая в 1916 году была адаптирована для России. Вот почему на корешках книг есть те самые загадочные сочетания букв и цифр!

Российский вклад: наша ББК

А как же Россия? У нас своя гордость! Это Библиотечно-библиографическая классификация (ББК), которая была разработана ведущими библиотеками страны при участии огромного числа ученых. Это наша национальная система, созданная для систематизации литературы на русском языке.

Итог

Вот так, шаг за шагом, и появился тот порядок, который мы видим на полках. И в следующий раз, когда вы придете к нам в гости и начнете искать нужную книгу, вы будете знать, кого благодарить (или, может быть, проклинать, если не найдете нужный раздел 😉). Все эти гении — от Каллимаха до Дьюи и Каттера — сделали нашу жизнь в библиотеке проще и понятнее!

Срочное чтение: книга с таймером внутри

Представьте: вы покупаете книгу, приходите домой, срываете плёнку, открываете первую страницу… и запускаете таймер. У вас есть ровно два месяца, чтобы дочитать её до конца. Иначе текст исчезнет навсегда.

Звучит как сюжет фантастического триллера? А это реальность! Аргентинское издательство Eterna Cadencia в 2012 году выпустило серию книг под названием «El Libro que No Puede Esperar» — «Книга, которая не может ждать».

В чём фишка?

Книги напечатаны специальными чернилами, которые при контакте с воздухом и светом начинают необратимо исчезать. Они продаются в герметичной пластиковой упаковке. Как только вы её вскрываете, запускается химическая реакция окисления. Чернила постепенно блекнут, и примерно через 60 дней страницы становятся абсолютно чистыми.

Зачем это нужно?

Издательство так решило бороться с прокрастинацией и поддержать молодых авторов. Ведь если книгу можно отложить «на потом» на годы — так и делают. А когда у издания есть срок годности, откладывать не получится.

Кстати, в эту серию вошли произведения только начинающих латиноамериканских писателей. Идея сработала: первый тираж разлетелся за один день!

А что потом?

Прочитанную книгу, конечно, не перечитаешь. Но опустевшие страницы можно использовать как блокнот для заметок. А само издание становится напоминанием: время — ресурс невосполнимый. Даже для книг.

Новая рубрика: «Интересные факты о книгах»

Знаете, иногда книги — это не просто истории, а настоящие головоломки. Сегодня мы открываем новую рубрику, в которой будем делиться самыми необычными, забавными и порой невероятными фактами из мира литературы, писателей и книжных изданий. И наш первый гость — роман, в котором буквы исчезают прямо на глазах.

Когда буквы запрещают: самая лингвистическая антиутопия

Представьте: вы живёте на острове, где на главном памятнике высечена фраза, содержащая все буквы английского алфавита: «The quick brown fox jumps over the lazy dog» («Быстрая коричневая лиса прыгает через ленивую собаку»).

А теперь представьте, что с этого памятника начинает отваливаться буква. И местные власти… запрещают её использовать. В устной и письменной речи. Под страхом наказания — от публичного порицания до изгнания с острова.

Звучит как бред? А это сюжет романа американского писателя и драматурга Марка Данна «Элла Миноу Пи» (Ella Minnow Pea), вышедшего в 2001 году.

В чём соль?

Главная героиня — 18-летняя девушка по имени Элла Миноу Пи. Её имя — игра слов: оно звучит как произнесение подряд английских букв «L-M-N-O-P» (Элл-Эм-Эн-Оу-Пи). Не случайно, ведь весь роман строится вокруг букв и алфавита.

Действие происходит на вымышленном острове Ноллоп у побережья Южной Каролины. Назван он в честь местного героя Невина Ноллопа, который считается создателем знаменитой фразы-панграммы (текста, где есть все буквы алфавита). В его честь на острове установлен памятник.

Но однажды плитки с буквами на памятнике начинают отваливаться. Правительство острова, Высший Островной Совет, воспринимает это как божественное знамение и запрещает использовать выпавшие буквы. За первое нарушение — публичное порицание, за второе — порка или позорный столб, за третье — изгнание.

По мере того как с памятника падают всё новые буквы, они исчезают и из текста самого романа. Автор пишет всё более сложными предложениями, обходясь без запрещённых букв. Это называется «прогрессирующая липограмма» — текст, в котором постепенно исчезают буквы.

К концу книги большинство жителей острова либо изгнаны, либо покинули его добровольно, а Высший Совет становится всё более абсурдным.

Почему это гениально?

Роман Марка Данна — это не просто забавный лингвистический эксперимент. Это остроумная антиутопия о тоталитаризме, абсурде власти и свободе слова. И о том, как легко можно манипулировать людьми, прикрываясь «высшей волей».

Кстати, полное название романа в твёрдом переплёте звучит как «Элла Миноу Пи: Прогрессирующе липограммический эпистолярный роман» — попробуйте произнести это с первого раза!

Роман получил премию Borders Original Voices Book of the Year и был финалистом Book Sense Book of the Year.

А знаете, что ещё интересно?

Идея «исчезающих букв» не нова. Есть, например, сказочная повесть Джеймса Тербера «Чудесное О», где злодеи захватывают остров и запрещают использовать букву «О». Или роман Ёко Огавы «Полиция памяти», где с острова исчезают не буквы, а целые предметы и понятия.