Друзья, мы с вами уже прошли большой путь: выяснили, что читали средневековые дамы, узнали, как они сами брались за перо. Казалось бы, книга наконец-то заняла своё законное место в обществе. Но не тут-то было.

Потому что книгу можно не только читать и писать. Её можно ещё и сжечь. И в Средние века этим занимались с такой регулярностью, что любой современный библиотекарь схватился бы за сердце. Но для церкви это был не акт вандализма, а священный ритуал. Давайте разбираться, как и почему горели книги.

— Как вообще пришли к сожжению книг?

Первое упоминание о сожжении книг христианами встречается ещё в Деяниях святых апостолов. Тогда новообращённые христиане сами сожгли свои книги по магии — это был добровольный акт очищения. Но уже через пару столетий ситуация кардинально изменилась.

В 325 году Первый Вселенский собор осудил сочинения ересиарха Ария. Его изгнали, а книги сожгли. А в 405 году папа Иннокентий I составил первый официальный список еретических писаний, подлежащих уничтожению. С этого момента сжигание книг стало не просто жестом, а системой. И эта система работала веками.

— Почему книги вообще боялись?

Церковь считала, что неправильные книги — это как заразная болезнь. И если больного изолируют, чтобы он не заражал здоровых, то еретическую книгу нужно уничтожить, чтобы она не заражала души. Особенно когда книгопечатание сделало книги доступными, а ереси — более живучими.

В Средние века книгу воспринимали не просто как текст. Это было нечто сакральное. Написанное на пергамене приравнивалось к написанному на душе. Сжечь книгу — значило уничтожить само знание, заблокировать путь к спасению для тех, кто мог бы её прочитать.

— Как это работало на практике?

Инквизиция, учреждённая в 1215 году, взяла уничтожение книг на поток. Сотни монахов сжигались на кострах, а их книги — заодно. Сжигали не только людей, но и целые библиотеки. Сжигали то, что считалось опасным, — а считалось опасным почти всё, что не было строго церковным.

Особенно доставалось магии, астрологии и любым текстам, которые могли «отвлечь» от спасения души. При этом, как ни странно, научные тексты тоже иногда попадали под раздачу — естествознание часто считали граничащим с колдовством.

— Индекс запрещённых книг

С появлением книгопечатания сжигать стало сложнее. В Европе за пару десятилетий напечатали миллионы книг — отследить все копии стало невозможно. Тогда церковь пошла другим путём: ввела предварительную цензуру и составила Индекс запрещённых книг.

Интересно, что в Индекс попадали не только еретические, но и многие научные и философские труды. Достаточно было просто не соответствовать официальной доктрине — и книга отправлялась в костёр. Но, как ни странно, костры только разжигали интерес к запрещённым текстам.

— Протестанты и другие конфессии

Протестанты тоже не были святыми. Они сжигали книги католиков так же активно, как католики — их. В США даже существовало Общество по борьбе с пороком, которое за 77 лет сожгло 15 тонн книг, 129 тонн пластинок и почти 4 миллиона картин. Видимо, церковь была не в восторге от слишком откровенных картинок.

В православии тоже была своя цензура. В списки «отреченных книг» входили не только религиозные труды, но и «Чаровник», «Волховник», «Громник» — даже естественнонаучные сочинения. В XVII веке после реформы Никона сжигали старые книги, а в 1757-м церковь требовала отправить Ломоносова в Синод «для увещания» и сжечь его работы. К счастью, Елизавета I, правившая в эпоху Просвещения, на это не пошла.

В исламе тоже сжигали книги — источники Корана, шиитские тексты, целые библиотеки в Каире и Багдаде. В XX веке в Германии жгли книги еврейских и антифашистских авторов. А в 2019 году в Гданьске католические священники сожгли «Гарри Поттера» и «Сумерки». Традиция, однако.

— Что в итоге?

Сожжение книг — это не просто история. Это феномен, который прошёл через все религии и века. Но реальную пользу этой меры учёные ставят под сомнение. Книги всё равно доходили до читателей. Костры не могли остановить мысль. Более того — они часто делали запрещённое ещё более желанным.